// // В петербургском Пансионе воспитанниц Минобороны из девочек намерены вырастить «благородных девиц» и хороших матерей

В петербургском Пансионе воспитанниц Минобороны из девочек намерены вырастить «благородных девиц» и хороших матерей

5438

По стопам Смольного

Фото: mil.ru
В разделе

В Санкт-Петербурге начал свою работу Пансион воспитанниц Министерства обороны РФ. Данное образовательное учреждение носит экспериментальный характер: девочек будут учить не только обычным школьным предметам, но и основам этикета, танцам и рукоделию. В приоритете – развитие «материнских компетенций».

1 сентября в Северной столице открылся филиал столичного пансиона воспитанниц Министерства обороны России, существующего с 2008 года. В первый, экспериментальный, набор вошли 240 девочек – ученицы пятого, шестого и седьмого классов. Данное образовательное учреждение отчасти напоминает Смольный институт благородных девиц – именно с ним провел аналогию глава военного ведомства Сергей Шойгу, который выступил на церемонии открытия. По словам министра, именно Смольный зародил традиции женского образования в России, и новый пансион, расположенный на Бычьем острове в Санкт-Петербурге, должен их продолжить. Кроме того, как отметил Шойгу, в перспективе Минобороны планирует открытие таких же пансионов на Дальнем Востоке и в Центральной Сибири.

Таким образом, становится ясно, что из воспитанниц пансиона не станут готовить женщин-солдат. Основные направления воспитания здесь заключаются в формировании патриотизма, светских манер, а также материнских навыков. Как отмечает издание «Город 812», ознакомившееся с концепцией учебного заведения, пансион – это уникальное образовательное учреждение, не имеющее аналогов во всем мире. Он ориентирован, в первую очередь, на обучение дочерей военнослужащих, девочек из неполных и многодетных семей, а также сирот.

Все включено

Плата за обучение и проживание в пансионе не предполагается: все это девочки получают за государственный счет. Однако попасть в учебное заведение не так просто: для этого необходимо сдать нормативы по физкультуре, пройти психологическое тестирование, проверку знаний по школьной программе, а также предоставить справки из поликлиники, наркологического и психоневрологического диспансеров.

Концепция пансиона предполагает размещение по два человека в комнате и пятиразовое питание. На территории образовательного учреждения имеется все, что, по мнению военного ведомства, требуется девочкам-подросткам. Там есть спальный и учебный корпуса, спортивный зал, оборудованный скалодромом, бассейн, ледовая арена, гимнастические и танцевальные залы, зал для единоборств, актовый зал, прогулочные дворики, столовая, лазарет и библиотека. Общая площадь комплекса составляет порядка восьми гектаров.

Программа обучения предусматривает еженедельные занятия физкультурой, плаванием, фигурным катанием, а также тренировки в спортивных секциях по выбору. При пансионе имеются студии рукоделия, вокала, журналистики, театр, духовой оркестр, коллектив барабанщиц и ещё несколько десятков кружков.

Как следует из научной статьи главы московского Пансиона Минобороны Ларисы Максимовой, «в основу разработанной системы здоровьесбережения воспитанниц положена система сохранения и укрепления здоровья космонавтов», а регулярные обследования демонстрируют, что здоровье у этих девочек лучше, чем у жительниц Москвы в целом.

В программу обучения в пансионе входят стандартные школьные предметы, а также дополнительные иностранные языки, танцы, вокал, живопись, музыка, основы батика, кулинария, этикет, сервировка стола и подача блюд и другие дисциплины, которые призваны помочь воспитанницам превратиться в «благородных девиц».

По теме

За забором запретов

Пансион представляет собой экспериментальную площадку Института изучения детства, семьи и воспитания Российской академии образования. Эксперимент заключается в изучении гендерного подхода в образовании и полоролевой социализации воспитанниц.

В учебном заведении Минобороны действуют достаточно жесткие порядки, отчего учреждение больше похоже на тюрьму или военную часть, нежели на школу для девочек. Ученицы не могут покидать территорию пансиона без разрешения, даже если их приехали навестить родители. Родители не имеют права входить на территорию пансиона. Свидания с родственниками тоже лимитированы: не чаще одного раза в месяц. Однако девочки могут отправиться домой на летние каникулы.

Воспитанницы пансиона, по сути, лишены большинства радостей жизни обычного подростка. Им нельзя носить свою одежду – вместо нее предусмотрена форма от Юдашкина, проносить в пансион еду, напитки и вещи, запрещенные его уставом, а личное пространство у них и вовсе отсутствует: сотрудники пансиона вправе в любой момент обыскивать девочек и изымать «незаконно переданные предметы» - например, книги, которые, по их мнению, не соответствуют возрасту воспитанниц.

Девочкам нельзя бегать, кричать, громко разговаривать перед сном, принимать душ после отбоя. Их внешний вид строго регламентируется: под запретом любые украшения, косметика, окрашивание волос, прическа должна быть аккуратной, ногти – подстриженными, а манеры – исключительно сдержанными. При этом девочки должны вести себя надлежащим образом и за пределами учреждения, даже во время каникул – любые дискредитирующие поступки устав пансиона расценивает как нарушение.

Не менее строго пансион регулирует и использование гаджетов: воспитанницам запрещается слушать музыку с помощью мобильных аудиоустройств, а компьютеры и смартфоны они могут использовать только под контролем воспитателей. Им разрешено просматривать определенные сайты и нельзя менять системные настройки гаджетов и компьютеров. Воспитатели, в свою очередь, должны постоянно мониторить страницы своих подопечных в социальных сетях.

Помимо этого, воспитанницам категорически запрещаются сексуальные отношения, любые оскорбления окружающих, в том числе, в сети, бойкот и физическое давление.

Еще один очень важный пункт – запрет на передачу информации и фотографий, связанных с пансионом, любые интервью или комментарии об образовательном учреждении представителям прессы без разрешения администрации Пансиона, а также размещение данных о нем в сети.

Киндер, кюхен, кирхе

Педагоги, работающие в столичном пансионе, постоянно публикуют в научных журналах и сборниках статьи о том, как проходит эксперимент по гендерному воспитанию. В частности, руководитель отдела воспитательной работы учреждения Наталья Нескина в своей статье, опубликованной в сборнике докладов конференции по гендерному воспитанию за 2018 год, указала следующее: «Мы готовим девочек к жизни в обществе с мужским населением. В этом обществе они будут не просто равноправными гражданами, они будут женами, подругами и матерями. Именно эта роль воспитанниц накладывает на нас, педагогов, особые задачи: воспитание женщины — матери, женщины — общественной деятельницы и хранительницы семейных, а значит, и государственных традиций».

Предполагается, что в период обучения у девочек сложится «полноценная российская идентичность», и воспитанницы усвоят предложенные им «образцы женского поведения». Половое воспитание начинается с пятого класса, и его концепция основана на достижениях отечественной психологии и педагогики. Во главе угла здесь стоит формирование «женских» качеств личности, представления о взаимоотношениях полов, особенностей отношений между мужчиной и женщиной в семье и нравственных норм, на основе которых должны выстраиваться эти отношения. В ходе классных часов воспитанницы обсуждают темы, связанные с материнством, с так называемыми «гражданскими» браками» и так далее. К слову, с мальчиками они все-таки встречаются – это происходит на специальных мероприятиях с участием воспитанников училищ Минобороны РФ. Разумеется, общение происходит под контролем взрослых.

По теме

Теория без практики

Пансион воспитанниц Минобороны, по сути, представляет собой крупномасштабный эксперимент на детях, цель которого состоит в том, чтобы вырастить из девочек женщин, чьи компетенции будут определены заранее. Сам Шойгу считает, что это поможет вырастить «поколение мечты», однако эксперты настроены более скептически. Многие из них уверены, что гендерная модель воспитания на сегодняшний день уже успела себя изжить.

Глава лаборатории социологии образования НИУ ВШЭ в СПб Даниил Александров полагает, что такая модель воспитания не способна принести много пользы, как и строгий регламент и многочисленные запреты, предусмотренные уставом пансиона. По мнению специалиста, подобная среда отрывает девочек от реальной жизни.

Даниил Александров: «Раньше было: выпустилась девица из Смольного пансиона и бравый аристократ на ней женился. Сейчас: девица выучилась в пансионе, затем стала женой молодого офицера, и отправили их в Сибирь или еще куда подальше. Что она будет там, в глуши, делать? Содержание детей в изоляции – даже в райской, а потом выпуск их в реальную жизнь весьма вероятно может привести к дисфункциональным результам. Как девушке жить в мире, где большинство подростков начинают сексуальную жизнь довольно рано, и она не понимает, что хотят от нее реальные мужчины? <…> Я согласен, что подросткам контроль необходим. Но важно не перестараться. Иначе подобные закрытые заведения могут превратиться в нечто вроде психиатрической больницы, где 24 часа в сутки следят за людьми. Либо у подростков начнется скрытая от воспитателей жизнь. Сформируются очень хитрые личности, умеющие сопротивляться всем требованиям и тайно нарушать множество правил».

Психолог СПбГКУЗ ЦВЛ «Детская психиатрия им. С. С. Мнухина» Анна Алексеева напомнила об опыте раздельного обучения в Российской империи практиковали почти все учебные заведения, отметив, что это было целесообразно, так как перед выпускниками и выпускницами стояли разные задачи в зависимости от их пола. Однако ситуация вскоре изменилась, и даже попытка вернуться к данному опыту в СССР оказалась неудачной и потому кратковременной.

Анна Алексеева: «Так как взаимоотношения между полами формируются в развитии, важно, чтобы и мальчики, и девочки последовательно прошли все этапы. Зарождаются первые чувства, дети учатся привлекать внимание, проявлять симпатию, вызывать расположение, постепенно приходя к зрелым отношениям. Это колоссальный опыт. В условиях пансиона девочки его лишены, теоретические знания по «половому воспитанию» без опыта — бесполезны. Да и сами условия обучения: жесткие рамки, строгие запреты, ограничения, изоляция. Для какого количества воспитанниц они будут комфортны? Не спровоцирует ли это попытку «уйти в отрыв» после окончания пансиона? Зачем нужна такая строгая семейная депривация воспитанниц? Чтобы ребенок безоговорочно принял ценности и мировоззрение, пропагандируемые в пансионе? <…> Тем более, что система обучения и образования во всем мире приходит к персонализации, и зависит, не от половой принадлежности, а от особенностей и потребностей каждого отдельного ученика».

Отдельно взятая история

Экс-воспитанница московского Пансиона воспитанниц Минобороны поделилась с прессой своим печальным опытом обучения в образовательном учреждении. Девушка, которая фигурирует в материале как Юлия Иванова, провела в его стенах три года, которые оказались отнюдь не столь радужными, как ей представлялось изначально. Она рассказала, что в воинскую часть в Архангельской области, где служил ее отец, пришла телеграмма, сообщающая о наборе в пансион. Ее текст «обещал золотые горы», и, как отметила бывшая воспитанница, в нем практически не было преувеличений – в московском пансионе, по ее словам, действительно есть все необходимое для получения хорошего образования. Поступление оказалось довольно простым – экзамены по русскому языку, математике и английскому языку и психологические тесты, а вот жизнь в пансионе была куда сложнее. Девушку угнетал постоянный контроль, манера воспитателей находить «козла отпущения», в роли которого всегда оказывалась она, регулярное вторжение в личное пространство – подслушивание разговоров и чтение записок с последующими разбирательствами, а также стукачество со стороны других учениц. Она также упомянула о форме, которую считала некрасивой, еде «как у космонавтов» - после визита министра обороны, посчитавшего, что девочки «полноваты стали» рацион воспитанниц включал преимущественно брокколи и другую здоровую пищу.

По теме

«Постоянно хотелось есть, особенно фастфуд и снеки: бургер, шаурму, чипсы. В увольнении мы обычно объедались ими и ещё старались пронести что-то с собой в пансион — но это было очень трудно, так как по возвращении нас обыскивали. Можно было держать в комнате шоколад и печенье, но немного — в противном случае, надо поделиться со всеми».

Девушка вспомнила и о регулярных запугиваниях со стороны сотрудников пансиона, утверждавших, что у родителей будут проблемы на службе, если дочери станут плохо себя вести.

«Нам говорили, что если мы будем плохо себя вести, из пансиона пришлют телеграмму в папину часть — и папу уволят. Все в это реально верили и сидели тише воды ниже травы. Взрослым просто запугать ребёнка».

По словам экс-воспитанницы, ученицы пансиона находились под присмотром круглосуточно – днем и ночью за ними следили воспитатели, педагоги и камеры видеонаблюдения, установленные на этажах корпуса и на улице. В комнатах камер не было, однако девочки не исключали наличие там прослушки, хотя никаких подтверждений этому ни разу не нашлось. Самостоятельно передвигаться по территории строго запрещалось. Жесткий режим и учебную нагрузку выдерживали не все – многие девочки уходили из пансиона, не доучившись. Случались и побеги. Сама рассказчица, по ее утверждению, решилась на него на третий год обучения, так как ее физические и душевные силы оказались на исходе, а должной поддержки она не получала ни от родителей, находившихся далеко, ни от коллектива и педагогов. В назначенный день она переоделась из формы в свою одежду и перелезла через высокий забор, окружавший территорию пансиона. У метро девушку уже ждал знакомый ее друга, который помог ей добраться до Краснознаменска. Уже оттуда девушка позвонила родителям, сообщив, где находится. После этого ей пришлось на два дня вернуться в пансион, откуда ее благополучно забрал отец.

«Я зашла в сеть «ВКонтакте» и увидела огромное количество сообщений от девочек из пансиона, большинство — от незнакомых. Они разделились на две части: одни писали «дура, из-за тебя правила ужесточат и нам ещё сложнее будет здесь жить», а другие — «респект, жаль что нам не хватает смелости на это». Я не смогла прочитать всё».

В новой, обычной, школе у бывшей воспитанницы пансиона Минобороны все сложилось совсем иначе – она начала жить, как нормальный подросток, хотя и не всегда ориентировалась в некоторых повседневных вещах и поначалу не знала, как строить общение с мальчиками.

«Большинство девочек, за которыми я слежу в соцсетях, вообще нигде не указывают, что учились в пансионе, как будто этого и не было — чем тут гордиться? Многие поступают не в «лучшие вузы страны», а в обычные институты в своих родных городах. Тогда совсем не понятно, зачем было столько убиваться. После пансиона запросто можно устроить военную карьеру, поступить дальше без экзаменов. Но сейчас я не представляю, как можно из одной формы, от которой мы все так устали, сразу же переодеться в другую. <…> Да, в пансионе никто тебя не будет бить или штрафовать, но морально тебя могут уничтожить и поломать очень сильно».

Логотип versia.ru
Опубликовано:
Отредактировано: 03.09.2019 14:35
Комментарии 0
Еще на сайте
Наша версия на Неве - региональное приложение общероссийской газеты независимых журналистских расследований «Наша версия»
Наверх