// // Чужие среди своих

Чужие среди своих

751
В разделе

28 августа 1941 года. В стране подписан Указ Президиума Верховного Совета СССР № 21/160 «О переселении немцев, проживающих в районе Поволжья». По данным НКВД, среди этой категории лиц таятся «тысячи и десятки тысяч диверсантов и шпионов, которые по сигналу, данному из Германии, должны произвести взрывы» в районах своего проживания.

Историки считают этот сомнительный документ общепризнанной точкой отсчёта депортации немцев, которые жили на европейской территории СССР. Молох Указа коснулся не только «потенциально неблагонадёжных элементов» Поволжья, но и ленинградских, украинских, кавказских немцев. Хотя преследования инонациональностей начались в СССР задолго до начала Второй мировой войны – полагает историк, доктор исторических наук Ирина Васильевна Черказьянова, автор книги «Ленинградские немцы. Судьба военных поколений».

– Ирина Васильевна, сколько немцев осталось в Ленинграде к началу войны с гитлеровской Германией?

– Первая мировая и революция привели к значительному сокращению населения Петрограда в целом. Немцы – и подданные России, и подданные Германии, вынуждены были покидать город не только из-за экономических трудностей, как это делали многие в начале 1920-х годов, но и из-за развернувшейся с осени 1914 года антинемецкой кампании.

Первая Всесоюзная перепись населения 1926 года показала, что на тот момент в нашем городе было 16,9 тысяч немцев. Однако спустя тринадцать лет это число сократилось. В 1939 году 10 104 немца проживало в Ленинграде, и еще 12 766 – за пределами города. Часть «недостающего» населения исчезла в конце 30-х годов в период массовых репрессий. Но понятие «немец, как потенциально опасный человек», появилось гораздо раньше. В 1934 году, через год после прихода к власти Гитлера, было выпущено секретное Постановление ЦК ВКП(б) от 5 ноября «О работе среди немецкого населения». Оно долго оставалось неизвестным историкам, но именно этот документ положил начало репрессиями немцев по национальному признаку. Выбивали наиболее активные слои населения – интеллигенцию, учителей, партийных работников.

Маховик раскрутился к 1937 году. В НКВД составляются расстрельные списки «агентов немецкой разведки». На основании приказа ведомства «Об операции по репрессированию германских подданных, подозревавшихся в шпионаже против СССР» по всей стране осуждено более 55 тысяч немцев, в первую очередь, эмигрантов из Германии, из них 41 898 приговорены к расстрелу. Поэтому сокращение численности немцев в Ленинграде и области в значительной мере связано с репрессиями этого периода. В 1938 году по всей стране ликвидируют национальные школы, оставляя только учебные заведения титульных наций. Ликвидация начинается с Ленинграда. Ещё 15 июля 1937 года секретариат Ленинградского горкома партии принял постановление «О немецком отделении 33-й школы Октябрьского района», в котором заведение названо «рассадником антисоветской идеологии». Немецкие, эстонские, финские школы объявлены «рассадниками национализма и фашизма», их повсеместно закрывают и переводят на русский язык преподавания.

– А насколько обоснованны подозрения в «социальной неблагонадёжности», ведь Гитлер наверняка ставил на коренных немцев в тылу?

– Расчёты на скорую победу в войне с СССР строились и на предположении, что наберётся достаточное количество противников социалистического строя среди советских граждан, которые станут опорой гитлеровцев в тылу. Не обязательно это будут немцы.

По теме

Не секрет, что гитлеровское командование с особым вниманием следило за судьбой советских немцев, оставшихся на территории СССР или в зоне оккупации. В документах 18-й армии, осуществлявшей блокаду, постоянно находим сведения о количестве и месте нахождения немцев в городе. Они весьма приблизительные, оценочные. Никто ещё не доказал, что эти данные поставляли сами немцы Ленинграда, но сеть «шпионов», «разведчиков» в военное время – дело обычное для каждой из воюющих сторон.

Долгие годы один из стереотипов действительно относил российских немцев к «пятой колонне» гитлеровской Германии. Это стало причиной негласного запрета на всю подобную проблематику в исторической науке.

В 30-е годы XX века немцы компактно проживали под Ленинградом, в районе Кингисеппа и близ Новгорода, диаспора имелась в Пскове. В пригородных районах успешно развивались колхозы и совхозы с преобладающим немецким населением. Кстати, это были передовые хозяйства. Недавно я сама с удивлением узнала, что именно колхоз имени Тельмана ещё до войны первым на всей территории Ленобласти стал колхозом-миллионером, чей годовой валовой продукт превысил миллион рублей.

Среди немцев Ленинграда в основном преобладали потомки интеллигенции, дворян, мещан, а также тех, кто переселился из деревень. Сами колонисты большей частью работали в сельском хозяйстве, но многие и на городских предприятиях. Например, немецкие поселенцы из Новосаратовки трудились на ГРЭС «Красный Октябрь» (соврем. ТЭЦ-5 – Ред.), колонисты из Гражданки – в Политехническом институте, колпинцы – на Ижорских заводах, жители Стрельнинской колонии – на заводе «Пишмаш». Одним словом, это были люди, прочно связанные со страной, ведь они уже с момента переселения в XVIII веке были подданными России, а теперь гражданами СССР.

– То есть поводов радоваться приходу Гитлера к власти у них было не больше, чем у русских?

– Вопрос звучит провокационно именно потому, что на него нужно отвечать применимо к конкретной ситуации. Возможно, кто-то и сочувствовал этому событию, но среди них были не только немцы.

Конечно, кто-то наивно полагал, что Гитлер избавит от колхозов и прочих неприятных для них вещей, связанных с Советской властью. Поэтому в первые дни войны были перебежчики. Реальных и мнимых шпионов выявляло НКВД в блокадном Ленинграде, где высказывание недовольства воспринималось как пособничество врагу. Есть данные о расстрелах немцев за антисоветские высказывания, но означало ли это их принадлежность к «пятой колонне»? Думаю, что в городе, где в начале 1942 года умирал каждый третий, негативные оценки допускали не только «представители не титульных наций». На примере блокадного Ленинграда мы можем констатировать, что случаев предательства среди немцев было не больше, чем среди других ленинградцев.

– А когда подозрения в «неблагонадёжности» переросли в физическую депортацию?

– Зачистка началась с северных приграничных зон в июне 1940 года на основании приказа НКВД о переселении из города Мурманска и Мурманской области всех граждан инонациональностей. Дело в том, что Кольский полуостров в своё время стал местом, куда ссылали раскулаченных, в том числе и немцев. Есть данные, что сюда выслали девять домохозяев с семьями из Стрельнинской колонии. «Бывшие кулаки» – выходцы из Среднерогатинской, Кронштадской колоний, из Новосаратовки, Псковской области, участвовали в строительстве городов Хибиногорска (с 1934 года – Кировск) и Мончегорска. Но в 1940 году они опять стали представлять «угрозу», фактически с этой группы начались масштабные депортации российских немцев. Их отправляли на Алтай, а шведов и финнов – на недавно отвоёванную Карело-Финскую ССР.

– Почему, кстати, на фоне массовой депортации часть немцев остались в блокадном городе?

– Операция по депортации немцев и финнов готовилась на основании секретного постановления Военного совета Ленинградского фронта от 26 августа 1941 года. Военные приняли решение переселить 96 тысяч человек. Эвакуацию должны были проводить районные оперативные тройки с участием сотрудников НКВД, милиции и войск, ведь операция была принудительной. Переселение планировали закончить к 7 сентября, однако железнодорожная связь Ленинграда со страной к тому времени прервалась, 8 сентября началась блокада. Тем не менее, на «большую землю» успели вывезти 28 тысяч немцев и финнов, и это говорит о том, что подготовка к депортации проводилась задолго до Указа. Когда началась война, ленинградские немцы точно так же, как и остальные граждане, призывались на фронт, все они подлежали мобилизации. Однако осенью 1941 года их начали отзывать в тыл и формировать трудовые батальоны, положившие начало «трудармии».

По теме

– Что случилось с гражданским населением?

– У «гражданских» немцев Ленинграда и области разная судьба. Часть из них осталась в блокадном кольце (жители Колпино, Новосаратовки, Средней Рогатки), а часть – на оккупированных территориях (Стрельнинская колония, Кипень, Кингисепп). В той неразберихе многие семьи оказались разлучены. Вот как вспоминает об августовских днях 1941-го житель Новосаратовки Адам Шмидт. Как он пишет, «в конце июля – начале августа» был отдан приказ об эвакуации скота и техники из Всеволожского района. «Эвакуация скота началась через Неву по мосту в районе пос. Отрадное и на станцию Мга. Переправа представляла собой ужасающее зрелище. Не успели ещё полностью перегнать скотину и технику, как нам навстречу со станции Мга хлынул поток беженцев и отступающие отряды красноармейцев. Повсюду слышны крики: «куда гоните? Там уже немцы!» Страх предстоящего плена, мы в замешательстве. Обратно мы уже пробирались через заградительные отряды войск. Шум, мычание, гвалт – сущая неразбериха!» В итоге и техника, и скот были брошены, и достались врагу.

Если говорить о судьбах советских немцев, то без преувеличения самая страшная судьба оказалась у ленинградцев. Оставшиеся в городе пережили первую блокадную зиму. В списках погибших в блокаду находим сотни немецких фамилий. В конце марта 1942 году немцев и финнов массово «эвакуируют» на «большую землю» и направляют на спецпоселение.

– Их спасали наряду с остальными ленинградцами?

– О спасении можно говорить весьма условно. Разумеется, их спасли от голодной смерти в Ленинграде, но говорить, что они пользовались всеми правами эвакуированных, нельзя. По прибытии таких граждан ставили на спецучёт и мобилизовали на трудовые работы. Ленинградские немцы оказались в условиях ничуть не лучше концентрационных лагерей. Любопытно и другое – как события марта 1942 года интерпретировались властями годы спустя. Например, сын репрессированного учёного-востоковеда В.М. Бернера в блокадном Ленинграде попал в детский дом и потерял связь с матерью. В 1994 году в ответ на его запрос об отце Омский УВД выдал ему справку. Там, в частности, говорилось: «В 1942 году из г. Ленинграда лица немецкой национальности не выселялись, а эвакуировались и в тылу пользовались всеми правами эвакуированных. На учете в органах внутренних дел они не состояли и не считались спецпоселенцами».

«Наша Версия на Неве» благодарит за помощь в подготовке интервью Фонд поддержки и развития русско-немецких отношений «Русско-немецкий центр встреч». С выставкой «Ленинградские немцы. До и после депортации». Вы можете ознакомиться по адресу Невский 22-24. Подробно – www.drb.ru

Материал подготовлен на средства гранта комитета по печати и взаимодействию со СМИ

Логотип versia.ru
Опубликовано:
Отредактировано: 29.08.2013 19:09
Копировать текст статьи
Комментарии 0
Новости партнеров
Еще на сайте
Наша версия на Неве - региональное приложение общероссийской газеты независимых журналистских расследований «Наша версия»
Наверх