// // Длинный хобот Лубянки

Длинный хобот Лубянки

569
В разделе

Вор в законе Андрей Вознесенский мог действовать в тесном контакте с майором из центрального аппарата ФСБ

В Дзержинском районном суде начались слушания по уголовному делу Андрея Беляева-Вознесенского, более известного как Хобот. Защитники господина Вознесенского опровергают сведения о своём клиенте, появившиеся в средствах массовых информации сразу после его ареста. По их мнению, статьи в прессе по нерассмотренному делу говорят о слабости позиции обвинения и предназначены для оказания давления на правосудие.

Сам Андрей Вознесенский попросил суд проверить его рассказ на детекторе лжи и предложил таким же способом получить правдивые показания от потерпевшего Олега Иванова, в похищении которого его обвиняют. По его мнению, Иванов сам готовил своё похищение. Адвокаты Хобота также считают обвинение надуманным. «Связанные с моим подзащитным уголовные дела в отношении двух на тот момент действующих сотрудников центрального аппарата ФСБ выделены в отдельное производство, – рассказала адвокат Вознесенского Тамара Соседкина. – Во время очной ставки с вором в законе Вознесенским один из отставных чекистов подтвердил, что поручил ему добиться явки с повинной от бывшего милиционера, а ныне генерального директора юридической фирмы «Право» Олега Иванова, ранее освобожденного от ответственности по обвинению в организации убийства. Если это так считают адвокаты то должны существовать документы о сотрудничестве Вознесенского и ФСБ, и дела пары отставных майоров следует не выделять, а, наоборот, объединить в одном производстве с материалами по их клиенту. Если же документов о сотрудничестве нет, значит, обвиняемого намеренно оговаривают, а сам он стал жертвой провокации».

Война за наследство отмывателя

Расследованное Службой экономической безопасности ФСБ дело финансиста Александра Алёхина в своё время наделало немало шума. Обыски прошли в ряде банков и в других коммерческих структурах. Там искали доказательства отмывания денежных средств в особо крупных размерах. При перевозке легализованных наличных удалось задержать бронированный автотранспорт с вооружённой охраной, осуществлявшей незаконное инкассирование. Кроме того, в ряде банков Петербурга были наложены аресты на лицевые и расчётные счета, где аккумулировались денежные средства фигурантов дела. В общей сложности в ходе обысков изъято порядка 200 миллионов рублей, несколько миллионов долларов и 300 печатей подставных фирм, зарегистрированных на утерянные паспорта.

Руководил преступной группировкой по обналичиванию нелегальных финансовых потоков Александр Алёхин. Каждый день через алёхинский офис проходило до 300 миллионов рублей. Здесь же производилось управление счетами, создавались и упразднялись фиктивные фирмы, проводилась инкассация. Отмывали члены группы не только криминальные деньги. По информации СМИ, услугами преступников пользовались фирмы, обналичивающие и бюджетные средства. Московский районный суд приговорил Алёхина к 6 годам лишения свободы. Однако принадлежавшая жене Алёхина Татьяне компания «Арго-Экс» не была задействована в криминальных схемах, и у правоохранительных органов претензий к ней не было.

По теме

Согласно материалам дела Вознесенского, в ФСБ поступила информация о том, что 24 мая 2008 года Олег Иванов собирается подкинуть в машину генерального директора «Арго-Экс» Юрия Усатенко гранаты и оружие. Отправив Усатенко за решётку, Иванов якобы рассчитывал, что так ему будет легче завладеть бизнесом Татьяны Алёхиной. Майор ФСБ Максим Канушкин попросил у Вознесенского помочь получить явку с повинной от Олега Иванова с целью предотвратить задуманное им преступление.

По словам брата Вознесенского, Александра Беляева, когда господин Иванов лежал вместе с Алёхиным в больнице имени Гааза, тот попросил соседа по палате присмотреть за его бизнесом, а Олег Тахарович якобы решил, что лучше всего «присмотрит», если завладеет компанией. Осознав данный факт, жена Алёхина написала заявление в милицию о том, что если с ней что-то случится, то виноватым следует считать Иванова. А потом обратилась к Хоботу. В интервью «Нашей Версии на Неве» Александр Евгеньевич уточнил, что «вор – фигура самостоятельная, и сотрудник ФСБ ему приказать не может, но если надо исполнить свои обязанности и вступиться за сидельца, общаться «по понятиям» с ФСБ он вправе». Поэтому подсудимый принял предложение и решил объяснить Иванову, что на зоне с таким поведением ему придётся нелегко.

«Сладкий персик» Иванов

Разговор с Ивановым состоялся в ресторане «Таверна» на Фурштатской, 7. Затем его посадили в «Мерседес Гелендваген» Вознесенского, чтобы отвезти на квартиру, где написать явку с повинной. Перед тем, как автомобиль отъехал от «Таверны», там оказался наряд милиции, которую ухитрились вызвать прохожие. Вознесенский попросил милиционеров пройти в ресторан, где сотрудник ФСБ сказал, что идёт спецоперация, и наряд удалился.

Далее все поехали на предназначенную для гостей квартиру, снятую сотрудниками ФСБ на улице Яблочкова, где Олег Тахарович составил явку с повинной и, по словам адвокатов, попутно отвечал по телефону на деловые звонки. Заявление переписывали три раза. Из показаний Иванова следует, что Вознесенский разговаривал с гражданином Алексеем Величко, известным под кличкой Пеликан. Из их беседы он услышал, что тот, имея в виду Олега Тахаровича, спрашивал: «Как там мой персик?» и уточнил, что заявление нужно писать на имя директора ФСБ РФ. Далее, по словам Вознесенского, действующие лица решили переместиться в клуб «Талион», где их ждал всё тот же Величко. Вопрос о том, был ли в курсе этой истории хозяин «Талиона», кандидат в президенты Грузии, неоднократно судимый Александр Ебралидзе, известный в авторитетных кругах, как Алик Рынок, на суде пока не поднимался.

Согласно обвинительному заключению, по дороге Иванов успешно симулировал инсульт, попросился выйти подышать, выбежал на Кирпичном переулке, поймал машину и, отдав водителю заначенную от похитителей тысячу рублей, домчался до дома, а по пути вызвал милицию. Там бизнесмен сперва написал заявление о похищении его машины, но через три дня заявил уже о собственном похищении четырьмя неизвестными, укравшими телефон «Nokia-8800» и 5 тысяч рублей.

Согласно заявлению, похитители били Олега Тахаровича по голове справочником «Жёлтые страницы», от чего тот даже потерял сознание, и прижигали электрической лампочкой. Хобот в это время на отобранные 5 евро якобы приобрёл бутылку водки «Журавли» и сок, пил их и пел песни. В травмпункте побои не зафиксировали, а обнаруженный линейный ожог длиной 2 сантиметра, как полагают адвокаты, едва ли мог образоваться от соприкосновения с электросветильником.

«Два пиджака замшевых»

Постоянно увеличивались и материальные лишения потерпевшего. Так, в 2008 году он заявил, что у него отобрали 5000 рублей, а в 2009 – 10 000 рублей и 25 евро, немного позднее к сумме добавился телефон «Verty» оценённый в 264 000 рублей. Всё это вместе взятое позволило привлечь подсудимого не только за похищение, но и за грабёж.

«Очень странно, что Иванов в ходе следствия постоянно вспоминал всё новые подробности похищения, – удивляется Тамара Соседкина. – Например, сначала он вообще не назвал фамилии Вознесенского, заявив, что знал его исключительно как Хобота, а действовавшего вместе с ним Алексея Величко вообще не упомянул. Затем фамилии Вознесенского и Величко всё же были названы, их самих объявили в международный розыск, но задержали Андрея Евгеньевича лишь через год в караоке-баре. За это время якобы похищенный у Олега Тахаровича скромный телефон «Nokia-8800» превратился в навороченный аппарат «Verty» за без малого 8000 евро. Встает вопрос, зачем моему клиенту было похищать Иванова? Ради мобильника или явки с повинной? Тогда как он собирался её использовать?»

Адвокаты полагают, что органы правопорядка собирались сфальсифицировать документы о международном розыске Вознесенского, чтобы получить право на его заочный арест (по версии соратников, «вор в законе» не должен иметь паспорт, которого, как и загранпаспорта, у Вознесенского не было). Особенно настораживает, что материалы дела, где фигурируют имена и показания граждан, якобы являвшихся информаторами и нештатными сотрудниками МВД и ФСБ, переданы в суд для оглашения в присутствии всех желающих. Если эти сведения правдивы, то гласное судопроизводство недопустимо ввиду их секретности. Если же они подаются открыто, то тайны в документах нет, и тогда речь идёт о ложных показаниях фальшивых сотрудников.

Суд допрашивал Иванова в течение нескольких часов. Олег Тахарович все это время путался, тут же оговариваясь, что не помнит обстоятельств дела, а всё, что зафиксировано ранее у следователя – правда. Обвиняя Вознесенского, что тот во время похищения его бил, потерпевший так и не смог вспомнить, куда и сколько раз его ударили. Самого обвиняемого происходящее, включая трансформацию объёмов украденного, откровенно забавляло. В конце заседания, сравнивания Иванова с жуликоватым врачом Шпаком из фильма «Иван Васильевич меняет профессию», Хобот попросил суд записать в счёт своей добычи «два магнитофона и два пиджака замшевых».

От редакции: «Наша Версия на Неве» готова отразить мнение всех участников данного конфликта в случае их обращения в редакцию.

Наталья Матвеева

Публикуется в сокращении. Полный вариант текста напечатан в газете "Наша Версия на Неве" № 142, 06 - 12 сентября 2010 г.

Логотип versia.ru
Опубликовано:
Отредактировано: 17.03.2013 19:49
Копировать текст статьи
Комментарии 0
Еще на сайте
Наверх