// // Преследовать не по адату…

Преследовать не по адату…

586
В разделе

«Наша Версия на Неве» неоднократно рассказывала своим читателям о полукриминальном аресте и пыточном пребывании в СИЗО Махачкалы петербургского предпринимателя Сергея Петрова. Как стало известно, глава пошивочного производства «Маяк» предстанет перед дагестанским судом сразу же после ноябрьских праздников. Впрочем, юристы заранее уверены, что процесс преподнесёт немало новых открытий в правовой казуистике. Похоже, что судье придётся изрядно потрудиться, дабы собрать воедино мозаику противоречивых мнений, слухов и предположений, по каким-то причинам «сшитых» в одно уголовное дело против члена президиума Общественной палаты Санкт-Петербурга.

Станет ли суд над пожилым петербуржцем вторым «делом Магнитского»? Или же «удалённый доступ» позволит торжествовать правосудию по-тихому? Ведь все попытки передать обвинительные материалы в отношении Сергея Петрова из Дагестана в Следственный комитет РФ отклика не нашли: дело расследовали быстро и без огласки….

Джигитовка в погонах…

Вкратце напомним, что главу петербургского предприятия ЗАО «Маяк» Сергея Петрова стремятся обвинить в организации убийства своего бывшего заместителя, держателя более 30% акций производства Тахира Казаватова, совладельца «Маяка»: тот был застрелен в Махачкале четырнадцать лет назад. В 2004 году Сергей Петров приобрёл ценные бумаги покойного. Как он на тот момент полагал – у перекупщика.

Спустя годы о проданных ЦБ вдруг спохватился брат убитого – Рашид. Глава «Маяка» завяз в судебных тяжбах: чистоту приобретения акций не единожды пришлось подтверждать

в Арбитражном суде, в итоге Фемида признала полную законность сделки. И тогда вопрос почему-то переходит в плоскость уголовного преследования: в деле об убийстве дагестанского предпринимателя появляется подходящая под организатора преступления фигура – 65-летний Сергей Петров.

По законам жанра, в этой истории было всё: угрозы, преследования, заказные покушения. И вполне ожидаемо, что многолетний прессинг главы «Маяка» закончился практически похищением. В январе 2014 года в Санкт-Петербурге, рядом со зданием ГСУ Сергея Петрова неприветливые джигиты затащили в джип и вывезли в неизвестном направлении. Лишь несколько дней спустя выяснилось, что имело место не похищение, а задержание в рамках уголовного дела. И что член президиума Общественной палаты Петербурга теперь будет временно «проживать» в СИЗО солнечной Махачкалы.

Боялся быть отравленным, но был застрелен?

Тело Тахира Казаватова, сидящего на водительском кресле автомобиля ГАЗ-3102, было обнаружено в Махачкале в феврале 2000 года. Спустя 13 лет представитель потерпевшего выдал следствию видеоматериалы с места происшествия, которое он, якобы, получил от работавших там экспертов. Посланное Аллахом доказательство было приобщено к уголовному делу.

Собственно, большая часть дела Сергея Петрова, переданного в суд, и состоит из подобных «откровений». Например, в нём до сих пор не установлена причина смерти Казаватова, при осмотре трупа эксперт почему-то извлёк всего две пули при пяти слепых ранениях, в экспертизе отсутствуют следы химических соединений и пороховых газов в автомобиле и на теле убитого. Что в принципе невозможно при стрельбе с близкого расстояния. И совсем уж нереалистичной выглядит «забывчивость» специалиста, который по ходу исследования вопроса о причинах смерти предпринимателя, «опустил» вопрос содержимого желудка мертвеца. При этом, по словам свидетелей, убиенный неоднократно говорил о страхе быть отравленным родственниками. Поэтому и питался то на работе, то в кафе. Любопытно, что в день своей смерти Казаватов обедал в семье друзей. А вечером вместе с неустановленными лицами ужинал в кафе «Теремок»…

По теме

Впечатляют и показания подозреваемого Шамиля Алибекова. Горец, обратясь к Всевышнему, убедительно поведал следователю, что после «операции» по устранению Казаватова бросил пистолет с глушителем в обрыв. Его правоверную версию приняли сразу. Не возникло претензий у дагестанских правоохранителей и к протоколу осмотра местности, в котором следователь указывает: «Пистолет обнаружен на территории «Горводоканала», прилегающей к территории «ВУЗовского» озера» с забором, высота которого более 1,5 метров. Согласно протоколу, орудие убийства найдено в 28 метрах от края забора под слоем земли в 20 сантиметров».

Остаётся лишь отдать должное виртуозности Алибекова, который не просто чётко метнул предмет весом 730 грамм, но и вогнал его на двадцать сантимет-ров в землю. Пистолет был обнаружен полицией спустя тринадцать лет после совершения преступления…

Именем Алибекова

Впрочем, все эти «позабытые» пули и «неисследованные желудки» уже настолько нивелированы до обихода «процессуальных мелочей», что воспринимаются судом не иначе как «опечатки» и «не меняющие суть дела нюансы». Поэтому рассчитывать, что Фемида обратит на них внимание, просто наивно.

Что действительно поражает в деле Сергея Петрова, так это вызывающая наглость людей, уверенных – если нет убедительных доказательств, то уголовное дело достаточно в прямом смысле слова «сшить».

«Вправе ли называться правосудием заранее согласованное взаимодействие между следствием, прокуратурой, и судом, направленное на осуждение лица, не совершавшего инкриминируемые преступления?» – задавался недавно вопросом известный петербургский юрист. Похоже, что явным примером такого «правосудия» стало дело Сергея Петрова, где упомянутая триада не просто не опасается разоблачения, но, судя по всему, упивается своими возможностями. И безнаказанностью, поскольку федеральные надзорные органы – далеки, а местные – сплошные кунаки. Чего, собственно, в таком случае опасаться следователю, который ведя видеозапись допроса Алибекова, даже не пытается сделать вид, будто записывает ответы злодея?

Вот, к следователю заходит секретарь, приносит документы. Тот листает бумаги, задаёт «метателю пистолета» вопросы. Экран компьютера с протоколом допроса внезапно гаснет. Соучастник продолжает повествование. Следователь трогает «мышку» и не спеша пролистывает вниз заранее записанный текст. «Допрос» продолжается.

– С какого вы класса занимаетесь борьбой?

– С пятого класса.

В подшитом к уголовному делу протоколе значится: «Борьбой занимаюсь с 1995 года». Экспертиза делает вывод: «Алибеков не является автором сведений, написанных от его имени…»

Шамиль Алибеков – не просто рядовой свидетель или случайно прихваченный в пивнушке понятой. Обвинения владельца «Маяка» строится исключительно на показаниях этого человека. Официальная версия гласит, что в октябре 2012 года горец добровольно явился с повинной в правоохранительные органы и подробно рассказал, кем и как планировалось убийство, и даже опознал соучастников преступления – петербуржцев Станислава Дмитренко и Степана Загоруйко. Оба они ныне осуждены и отбывают наказание. В качестве мотива убийства злоумышленники назвали стремление завладеть акциями пошивочного предприятия. Которые, по иронии судьбы, спустя много лет один из них и продал Сергею Петрову.

Именно Шамиль Алибеков «опознал» во владельце «Маяка» – «Петровича». Человека, с которым в 1999 году он встречался в петербургском кафе «Абрикосовъ», дабы принять «заказ на убийство».

«Когда мы подъехали к кафе, нас там ждали, по-моему, четверо мужчин (…) Четвёртый, примерно на вид 45-летнего возраста, представлялся именем Петрович, его я не запомнил. Видел смутно всего один раз и впоследствии не виделся с ним. В этой связи подробнее описать его затрудняюсь…» – при таких туманных обстоятельствах состоялось мимолётное знакомство «заказчиков» с «исполнителями».

«Случайное опознание» произошло во время допроса главы «Маяка»

в качестве свидетеля по уголовному делу Алибекова, Дмитренко и Загоруйко, которое слушалось в Верховном суде Республики Дагестан. Допрос проводился в режиме видеоконференцсвязи. Тогда-то представитель Алибекова и обратился к своему подопечному с наводящим вопросом – не хочет ли он что-нибудь сообщить суду? Как уже можно догадаться, мимолётное свидание не помешало Шамилю спустя 13 лет узреть «Петровича» в главе «Маяка».

По теме

Возможно ли визуально опознать человека по пиринговой связи skype, да ещё через тринадцать лет эпизодической встречи? Эксперты-психологи ответили на этот вопрос однозначно отрицательно: «Сведения, полученные в ходе допроса Алибекова Ш.А., свидетельствуют об отсутствии каких-либо особенностей памяти данного лица, позволяющих сделать выводы о возможности им запоминать информацию в объёмах более, чем обычный человек. Опознание лица по некачественным изображениям через связь по skype в зале судебного заседания без первоначального указания особых примет, деталей, черт, манеры поведения, иных запоминающихся особенностей личности, вообще невозможно».

Отношения Алибекова с «Петровичем» проанализировала и профессор кафедры судебных экспертиз Московского государственного юридического университета Елена Галяшина. Эксперт поясняет, что показания допросов «стрелка» записаны не в форме свободного рассказа, а «в виде подготовленного текста». И приходит к выводу – «Алибеков Ш.А. автором показаний, касающихся его взаимоотношений с «Петровичем», не является».

Где пахло абрикосами?

Впрочем, если процесс над петербургским предпринимателем действительно будет отвечать интересам правосудия, то судью не может не заинтересовать тот факт, что встреча «большой четвёрки»… происходила в несуществующем кафе.

Место обитания питерской богемы, куда якобы и пригласили дагестанских наёмных убийц организаторы, вплоть до 2001 года носило название «Невский, 40». Нынешняя рекламная вывеска была изготовлена лишь в новом тысячелетии. Тогда же в кафе завезли другую мебель и произвели перепланировку, в которой Шамиль Алибеков, судя по всему, не подозревая о метаморфозах, уверенно опознал обстановку 1999 года…

Видимо, предстоящий судебный процесс предаст огласке целую коллекцию подобных «казусов», на основании которых на уважаемого петербургского предпринимателя Сергея Петрова хотят «повесить» особо тяжкую статью.

«Наша Версия на Неве» будет внимательно следить за развитием ситуации.

кстати

Адаты – это неписаный свод законов, запрещающих то или иное деяние и определяющих наказание за нарушение запрета. Они имеют национальные отличия у разных народов Кавказа, но в целом направлены против совершения убийства, воровства, насильственного умыкания, клятвопреступления и других негативных проявлений в обществе. Вне преследования остаются лишь подростки, женщины, старики…

Логотип versia.ru
Опубликовано:
Отредактировано: 27.10.2014 14:26
Копировать текст статьи
Комментарии 0
Новости партнеров
Еще на сайте
Наша версия на Неве - региональное приложение общероссийской газеты независимых журналистских расследований «Наша версия»
Наверх