// // Умираю, но честь имею

Умираю, но честь имею

2801
В разделе

Этими словами завершил обращение к министру обороны некогда лучший штурман советского флота, а ныне беспаспортный бомж

На флоте ленинградец Геннадий Шапошников служил с 14 лет. Начав юнгой, стал лучшим дивизионным штурманом советского флота и досрочно получил звание старшего лейтенанта. Дослужился до капитана 3-го ранга. За активное содействие пограничным и внутренним войскам награждён почетной грамотой МВД СССР и знаком «Отличник погранвойск» II степени.

Может, Шапошников стал бы и адмиралом, однако Советский Союз рухнул, в 1992 году воинскую часть, где он служил, расформировали, Геннадия Георгиевича вывели за штат, а ещё через год случилось несчастье – на капитана с женой напал пьяный хулиган с ножом. Шапошников обезвредил нападавшего, но сам на девять месяцев попал в госпиталь.

Если верить газете «Авангард», нападавшим оказался бывший замполит Павел Склянкин. Которого не только не наказали, но и повысили до капитана, назначив командиром отдельной военно-строительной роты, а заодно поручили … заняться увольнением в запас бывшего штурмана!

Согласно объяснениям, данным уже майором Склянкиным, фактически Геннадий Георгиевич в роте не служил: «По непонятной мне причине в 1993 году, несмотря на то, что он ни одного дня в строительной роте не исполнял обязанности, я должен был его исключить из списков личного состава. При этом я действовал во исполнение указаний вышестоящего командования. Учитывая, что Шапошников положенными видами довольствия обеспечен не был, то мною издавались многочисленные приказы об исключении его из списков части, которые в последующем отменялись…».

«Согласно последней записи в моём личном деле о прохождении военной службы, был зачислен в распоряжение командира краснознаменной Ленинградской военно-морской базы, – подтверждает Шапошников. – Других приказов командира базы о назначении меня на какую-либо должность не было. 29 декабря 1993 года я был уволен с военной службы в запас. В приказе объявлялась благодарность за многолетнюю безупречную службу, предоставлялось право ношения военной формы одежды. До настоящего времени данный приказ командованием воинской части №45618 не выполнен».

То есть, Шапошникова зачислили в строительную роту, пока он лежал в больнице, потом задним числом вроде бы уволили, но с приказом не ознакомили, документ об увольнении не выдали, а, значит, и паспорт он получить не может. В итоге офицер уже более 17 лет (!) официально находится в распоряжении командующего Ленинградской военно-морской базой, не имеет паспорта, гражданства, прописки, постоянного места проживания, не получает пенсию, лишён возможности пользоваться медицинской помощью, устроиться на работу и быть по-человечески похороненным. Геннадий Георгиевич мрачно шутит, что никто даже не интересуется оружием, которое может быть у него на руках.

В сентябре 1994 года моряк обратился в военный суд, там дело рассматривали почти три года спустя и в удовлетворении требований отказали. В гражданские суды из-за отсутствия паспорта Шапошников обратиться не может. Дошёл до верховного главнокомандующего, но чиновники спихивали все обращения руководству Ленинградской Военно-Морской базы. Оттуда сообщали, что уволен офицер на законных основаниях, но паспорт по-прежнему не выдавали.

По теме

Шапошникову удалось лишь достать справку о том, что его зачисление в строительную роту было незаконным, а в соответствующем приказе начальника строительного управления его фамилия отсутствует. Сколько Геннадию Георгиевичу за время этой «службы» начислили денег и кто их получил, установить не удалось, хотя сумма выходит немалая. Путаница в финансах этим не ограничивается. В одном месте мы читаем, что Геннадию Георгиевичу определено в качестве выходного пособия 5 миллионов 37 тысяч 400 рублей, а в другом обнаружена карандашная запись о выдаче того же пособия в размере 3 миллионов 598 тысяч рублей!

Помимо того, «щедрое» командование выделило капитану аж две квартиры в Ломоносове на Ораниенбаумском проспекте, 33 (№11, корпус 1 и №36, корпус 3). В приказах об увольнении сказано, что обе квартиры он получил, а согласно иным документам – они переданы другим лицам.

Сейчас Геннадий Георгиевич перебивается случайными заработками, подрабатывая сторожем. Иногда ему сдают жильё, иногда пускают друзья, приходилось ночевать и на вокзалах, и в подвалах. Близких у него не осталось. Дочь вышла замуж и уехала за границу, сын Алексей погиб при исполнении служебного долга в авиакатастрофе, а жена не захотела жить с «бомжом» и ушла к другому. Единственной родственной душой офицера стал покалеченный голубь, которого Шапошников приютил пять лет назад.

Подобное бездушие военного ведомства особенно возмущает, если вспомнить, что 30 июня нынешнего года президент России на приёме отличников-выпускников военных вузов обещал не жалеть никаких усилий на улучшение социальной жизни военнослужащих. Сомневаюсь, что боевой дух офицеров окажется высок, если они будут знать, что министр обороны пропускает слова главы государства мимо ушей и выкидывает своих подчинённых на улицу.

Впрочем, к некоторым особо «заслуженным» офицерам система благосклонна. Например, к младшему лейтенанту геодезического отряда №61 Ленинградского военного округа Виктору Ильину, который в 1969 году совершил знаменитое покушение на советского лидера Леонида Брежнева, убил водителя и ранил нескольких сопровождающих. Господину Ильину поставили диагноз «вялотекущая шизофрения», отправили на 18 лет лечиться, но не исключили из списков личного состава части. Воспользовавшись этим, освободившийся в эпоху реформ Виктор Иванович отсудил у округа все причитающиеся ему деньги за 20 лет и однокомнатную квартиру впридачу! К Шапошникову суд оказался не столь гуманен, и теперь лучший штурман флота живёт много хуже, чем террорист и убийца.

Наталья Матвеева

Публикуется в сокращении. Полный вариант текста напечатан в газете "Наша Версия на Неве" № 133, 05-11 июля 2010 г.

Логотип versia.ru
Опубликовано:
Отредактировано: 17.03.2013 19:49
Копировать текст статьи
Комментарии 0
Еще на сайте
Наверх