// // С Востока на Запад и обратно

С Востока на Запад и обратно

864
В разделе

Корреспондент «Нашей Версии на Неве» стал свидетелем раскола единой Украины. «Вы не понравились нашему начальнику, извините. Это из-за вашей татуировки. Тем более, вы подпадаете под возраст, простите, мы ничего не можем поделать, придётся высаживать...» Мы втроём стоим в тамбуре, один из украинских пограничников крутит в руках мой паспорт, второй глядит в окно. За окном станция – Казачья Лопань. Оставшееся на столике в купе уведомление гласит: «В связи с нестабильной политической ситуацией на территории Украины предупреждаем, что вас могут высадить сотрудники пограничной службы на основании формальных причин...»

Корреспондент «Нашей Версии на Неве» стал свидетелем раскола единой Украины.

«Вы не понравились нашему начальнику, извините. Это из-за вашей татуировки. Тем более, вы подпадаете под возраст, простите, мы ничего не можем поделать, придётся высаживать...»

Мы втроём стоим в тамбуре, один из украинских пограничников крутит в руках мой паспорт, второй глядит в окно. За окном станция – Казачья Лопань. Оставшееся на столике в купе уведомление гласит: «В связи с нестабильной политической ситуацией на территории Украины предупреждаем, что вас могут высадить сотрудники пограничной службы на основании формальных причин...»

Предупреждение, которое вручают пассажирам проводники РЖД, распространяется на мужчин от 18 до 50 лет и на женщин от 20 до 35 лет. Напряжённая пауза в тамбуре затягивается. Наконец один из нас прерывает молчание: «Ваши предложения?..»

Через пять минут с облегчённым кошельком возвращаюсь в купе. «Вы сами-то поддерживали Майдан? – спрашиваю у весёлого украинца-попутчика, который без конца травит анекдоты. Внезапно парень становится серьёзным: «Конечно, все нормальные люди поддерживали. Может быть, теперь вся эта коррупция отправится к чертям вместе с Януковичем…»

«Мы живем на земле патриотов» – предупреждает плакат, установленный на стыке двух бывших братских государств. Огромный мальчик в пилотке провожает нас долгим сердитым взглядом.

Спасибо жителям Донбасса

Донбасс – родина сбежавшего президента Януковича. Поговаривают, что именно крепкие корни, пущенные Виктором Фёдоровичем в Донецке, позволили ему успешно отстаивать бизнес-интересы своих авторитетных земляков по всей Украине на протяжении недолгого правления.

«Спасибо жителям Донбасса за президента… ананаса» – футболка с таким слоганом и вариациями на тему «ананаса» была популярна в те времена, когда в центре и на западе Украины протест против Януковича носил ещё мирный характер. Его сторонники, составившие сразу после революции костяк «повстанцев», вначале рассчитывали на поддержку донецких шахтёров. Однако те заняли выжидательную позицию в конфликте. Ожидание затянулось настолько, что одному из них активисты молодой ДНР попытались разбитой лампочкой срезать татуировку с надписью «Слава Украине».

Противоречия между западом и востоком Украины цвели ещё с советских времён. В новейшей истории противостояние стало важнейшим орудием политических манипуляций на фоне просыпающегося национального самосознания украинцев, которым восток противопоставил свою собственную самоидентификацию – «мы с Донбасса».

После победы Майдана конфронтация и вовсе приняла жёсткий характер – оппозиция новой власти перебазировалась на восток, в колыбель сбежавшего президента. Проведённый в ДНР референдум расколол не только Украину, но и жителей Донецка. После ряда жестоких столкновений, в которых российские СМИ обнаружили бандеровскую руку, а местные жители, напротив, увидели некий иностранный след, даже намекать о своей симпатии к незалежности Украины стало небезопасно.

По теме

Поэтому образование Донецкой народной республики и прошедший здесь референдум часть жителей приняла с оптимизмом, другая часть – с усталой покорностью, и лишь меньшинство – с ощущением фарса. Теперь интеллектуальное вольнодумство в лучших традициях семидесятников здесь оставляют для близких друзей.

«Уже совсем очевидно, что всё, что у нас происходит, это чья-то затейливая игра, – рассказал «Нашей Версии на Неве» дончанин Александр Севастьянов. – И для этого кого-то люди – просто пыль, мусор... Лагерная, пушечная – какая разница... Одесса это уже показала: цинично спланированная и проведённая бойня. Да и расстрел беркутовцев и майдановцев снайперами... Люди, которые это всё организовали, они по-прежнему в тени и всё прикидывают, как бы хапнуть ещё пару миллиардов. Был у нас накануне инцидент с взятием заложника, небольшого физического и большого морального воздействия на него. Наше руководство улаживало конфликт, понимая, что рискуют, что ситуация может быть непредсказуемой. Всё уладилось. И вот видят же, что это неадекватные и невменяемые люди, которые ведут себя как бандиты. И что? На следующий день эти же люди уже вовсю агитировали за ДНР! Что за безумие?!»

«Карательная операция захлебнулась. Войска киевской хунты с потерями отошли от Славянска. Донецк строит баррикады», – под слаженные аплодисменты повстанцев заканчивает репортаж телеканал «Россия-24». На экспроприированном здании облсовета висит огромный экран, который круглосуточно сообщает Антимайдану о том, что происходит в его стране. Подходы к лагерю завалены покрышками. Здесь проходит граница мирного солнечного Донецка и Донецка революционного – территории георгиевских лент, полевых кухонь, бейсбольных бит, тяжелых взглядов из прорезей черных масок. Это территория неопределённого будущего, но определенных взглядов.

Впрочем, пока риторика выступающих колеблется вместе с линией новых властей ДНР – от присоединения к России до полной независимости региона.

«Уберите фотоаппарат... Сеня, плесни на неё святой водой, – кричит в мою сторону проходящая мимо женщина. Сеня оперативно разворачивается, и мой фотоаппарат уже освящён. – Вы тут наснимаете, а у нас потом людей похищают…»

«Девушка, отойди от баррикады», – предупреждает сверху невысокий парень, смахивающий на чеченца. Над ним развивается флаг Донецкой народной республики. Защитники настроены решительно. Отступать некуда – позади Донбасс.

Накал страстей снижается по мере продвижения к центральной и западной части Украины. На трассе Донецк – Киев наш автобус несколько раз проверяют военные. Все подъезды к столице перекрыты блокпостами – их соорудили на случай вторжения извне. Усиление на самостийных «приграничных пунктах» было объявлено к Дню Победы – по версии украинского СБУ, в городе от имени «Правого сектора» злоумышленники готовят провокации.

Самый большой блокпост в округе оборудован под Борисполем. Рядом с постом дежурят активисты «Самообороны Борисполя», Нацгвардии и ГАИ. Силовики останавливают весь двигающийся в город крупногабаритный транспорт. Номера всех машин автоматически фиксируются на видеокамеру.

«Готовую еду от населения больше не принимаем, – сообщает автоматчик, – только из магазина». Оказывается, буквально на днях один из блокпостов под Мариуполем был полностью отравлен снотворным. Противники забрали оружие вместе с оруженосцами, которых после переговоров со злоумышленниками удалось освободить.

Жизнь после Майдана

Шрамы победившей революции в Киеве можно встретить всюду – на усеянной цветами Институтской улице, в покорёженных тротуарных плитах и выгоревшем здании Профсоюзов. Запах горящих покрышек оставил горькое послевкусие в вестибюле Института востоковедения, где был организован госпиталь, и откуда «Беркут» брал врачей для оказания помощи силовикам. Теперь последствия боёв во время активной фазы противостояния киевское психологи сравнивают с афганским синдромом.

В окрестных лесах продолжается поиск «подснежников» – первых начали находить уже в конце февраля, иногда с отрезанными головами и следами пыток.

По теме

Тем временем, современный мир борьбы за идеи стремительно коммерциализирует любые явления жизни, приспосабливая команданте Че Гевару к футболке хипстера, а исторический побег Януковича к компьютерной игре «Догони сбежавшего президента». Этой весной в России было зарегистрировано несколько брендов «зеленых человечков» и «вежливых людей».

Постреволюционный бизнес Украины расцветает по-своему.

Кафе «Правый сектор» ждёт посетителей недалеко от львовской городской ратуши. Хозяйка заведения, узнав в своих гостях русских, всплескивает руками: «Да как же вы сюда ехать не побоялись, в России же такая пропаганда!»

Хит алкогольной карты – это, несомненно, коктейли «Горящая шина» или «Подарунок москаля». Нам же предлагается ещё один шедевр, напиток «Майданiвка».

Неисчерпаемый источник для разговоров – новостные передачи из России. Их здесь обсуждают все – держатели хостелов, городские экскурсоводы, поездные проводники и продавцы книг на городском рынке. Вечером популярный телеведущий из Москвы напоминает аудитории про концентрационные лагеря, которые возводит «Правый сектор». Но местные жители бдительно распознают в «концлагерях» строящиеся пункты временного содержания нелегальных мигрантов – совместный проект Украины и Евросоюза.

«Послушай, но ведь это какой-то кошмар творится, – жалуется мне усталый пожилой таксист. – Я со всеми керченскими родственниками переругался! Они теперь звонят и рассказывают мне про бандеровцев. А я, понимаешь, здесь живу всю жизнь, ни разу не видел никакого «бандера»!

Солнечный Львов встречает теперь редких гостей из соседней страны.

Нетрадиционная медицина?

Глава предвыборного штаба Дмитрия Яроша – Виталий Сергатюк, неожиданно соглашается на встречу. Львовское отделение «Правого сектора» расположилось на четвёртом этаже старинного здания. В офисе – никакой атрибутики, соответствующей расхожему образу праворадикалов.

– Хорошо, что вы к нам зашли, – признаётся пан Виталий, – я хочу, чтобы в России знали, кто такие украинские националисты. Знаете, Украина будет независимой, нравится это вашему Киселеву и Задорнову или нет. Вообще, я думал, что Задорнов умнее. Он восхищается вашим президентом за то, что тот готов любой ценой защищать русский язык. Но если, не дай бог, случится война, то никакого языка уже не останется. Поймите, что русский имеет возможность уехать – у него есть точка соприкосновения ещё с одной землей. А мне некуда уехать, мне негде больше быть украинцем, кроме как на своей земле. Когда-то наши старички говорили про запрет русского на Украине. Я возмутился и спросил их: вы что, хотите наших детей в хуторян превратить? Я сам физик, всю жизнь проработал преподавателем в университете. Поэтому говорить, что мы тут, на западе, враги русских – это полная чушь.

– То есть нам, москалям, опасаться нечего?

– Я бы очень хотел, чтобы вы поняли моё отношение к русским и москалям. Москаль – это не национальность. Это не русский, понимаете? Это состояние души холуя, который готов пресмыкаться, сидеть по уши в дерьме. Холуйская преданность батыеву племени – вот, что такое москаль. Я русским языком владею не хуже, чем украинским, и русскую литературу знаю не хуже, чем некоторые ваши преподаватели русского языка. Мне близки идеалы русской интеллигенции. Но, простите, я – львовянин коренной, здесь родился, живу и хочу умереть. Наш национализм, в отличие от других, не этнический, а территориальный. И не надо делать из нас зашоренных идиотов.

– Простите, но не «Беркут» на Майдане первый начал бросать камни. Почему-то именно «Правый сектор» накинулся на сотрудников этого спецподразделения, которые, между прочим, находились при исполнении...

– «Правый сектор» возник как геометрическое образование. На Майдане сказали: кто считает себя правым, занимайте правый сектор. Я не хочу кого-то огульно обвинять или отмежёвываться, наверняка приходили разные люди. Сейчас мы проводим чистку рядов и избавляемся от тех, кто интеллектуально, по духу, убеждению или воспитанию не соответствуют нам. Вы говорите «при исполнении», но даже не представляете, что тут творят эти сотрудники полиции, какие зверства учиняют эти люди и как они это потом всё прикрывают.

По теме

Мы бандеровцы? Да. А с 39 по 41 год «освободители» репрессировали в той или иной форме более 2,5 млн западных украинцев, не считая поляков, евреев и других.

– Но ведь вы, придя к власти, можете сами залить землю кровью?

– Насилие – это явление временное, боюсь, что слишком временное. Мы не собираемся кого-то давить спецслужбами. Это у вас, простите, попробуй слово пикни. Спросите у наших, кто там в СБУ? Ну, скажут, какие -то клерки, что-то делают для безопасности страны.

Вы считаете, что после изгнания Януковича у нас всё стало по-другому? Просто деньги потекли в другие карманы. Но мы не позволим грабить свою землю. Будете грабить, приедем с покрышками. А как с ними ещё бороться? Относитесь к нам, как к горькому нехорошему лекарству, как к нетрадиционной политической медицине. Зажравшегося коррумпированного чиновника мы тычем – парень, не забывай, это всё наше. А ты просто менеджер, наёмный сотрудник, не хозяин жизни.

Хорошая жизнь

«Над зыбкой рябью волн встаёт из глубины пустынный кряж земли...»

Воспетая Максом Волошиным Таврида весной 2014 года живёт той странной загадочной атмосферой, которая, наверное, никогда не окутывала полуостров за весь прошлый век.

Крым стремительно меняет цвета. Ещё кое-где виднеются сине-желтые тона былой жизни, но всё больше их меняют триколоры, в которые одеваются монументальные постаменты при въезде в города. Их знаменами выбрасывают на балконах, несут на майский салют, как знамя победы над суровой действительностью. Меняют своё содержание политические растяжки. Если раньше с них взирали Добкины и Ляшко, то теперь крымчан приветствуют представители пока не известных для них политических партий. При въезде в Керчь висит огромный плакат: С Днем Победы. Подпись «Единая Россия».

Праздничный стол, за столом люди, перед людьми – телевизор, на экране – Владимир Путин. Мы отмечаем День Победы.

«Пожалуйста, скажите мне, почему украинцы считают, что у нас тут всё так плохо? – спрашивает меня Александр Леонидович, поправляя очки. – Они смотрят украинское телевидение и убеждены, что здесь какие-то ужасы творятся, но это совершенно не так! У людей эйфория, вы понимаете? Они ходят с флагами России, ну никогда не было, чтобы украинские флаги у нас вывешивали из окон!

И радость то сейчас совсем другая.

В людях пробудились лучшие чувства! Наверное, такую радость испытывали только когда Россия освободилась от татаро-монгольского ига».

Присоединение Крыма к России произошло в День обретения мощей святителя Луки, архиепископа крымского. Что было воспринято здесь, как очень важный символ.

«У нас было чувство, что мы под прессом, – продолжает мой собеседник, – какое-то чувство обмана. Вроде бы никто не завоевывал, но почему-то мы должны говорить на их языке. Ведь все передачи – на украинском, весь документооборот – на украинском. Да почему же так?»

Когда-то Керчь был промышленным центром Украины. Во времена СССР здесь строились крупнейшие в стране танкеры, работал железорудный комбинат. Союз развалился, и тогда у Украины остался отличный старт и серьёзные надежды на то, что она перегонит Польшу. Но потом в Керчь пришли чужие люди. Не стало ни танкеров, ни ЖРК, молодёжь разъехалась, а город опустел. С возвращением в Россию часть крымчан связывает новый виток в развитии региона. К их числу относятся и мои соседи за праздничным столом: «Сейчас у нас большинство заводов не работают, Украина не хочет их продавать. Но при всём этом люди не жалуются, они готовы терпеть. Ведь перспективы развития у нас сумасшедшие. Вернем то, что было в СССР, и ещё плюс к этому. У нас крупнейший док в России, он может делать танкеры, выполнять военные заказы. И вообще, чувство такое, что хорошая жизнь скоро настанет. Мы ведь вернулись на Родину».

Санкт-Петербург – Украина – Крым – Санкт-Петербург

Павел ГУБАРЕВ, «народный губернатор» Донбасса из интервью «Российской газете»:

«Когда Партия регионов потеряла доверие жителей юго-восточных областей Украины, начали появляться лидеры так называемого народного ополчения во всех городах. И тогда партия власти и олигархи стали использовать удобные для них средства подкупа. Оказалось, что две трети из активистов уже на содержании олигарха Ахметова. Очень небольшая группа лиц сохраняла верность идее, при этом всё равно брала деньги. Деньги брали все».

По теме

Павел Каныгин, специальный корреспондент «Новой газеты» (воспоминания о ДНР):

«...Нас задержали вечером в пиццерии, где мы ужинали, отписавшись для наших газет по референдуму. Четверо мужчин подсели к нам за столик, и один из них заявил, что к материалам Штефана вопросов нет, а от меня они хотят объяснений: «Ты пишешь мутно, братан, а надо проще, чтоб все поняли, что нас тут давят бандеры, а мы реально нормальные люди, не террористы, за правду стоим, короче».

Один из главных мифов Майдана – причины гибели так называемой «Небесной сотни» – опровергнут следственной комиссией Верховной рады. По её заключению, сделанному в результате исследования используемых снайперами боеприпасов – патронов и путь, во время трагических февральских событий в Киеве по митингующим стреляли вовсе не бойцы спецподразделения «Беркут». По версии руководителя комиссии Геннадия Москаля, стрелять по манифестантам могли представители вышедших из-под контроля общественных организаций. Не уточняя, о каких организациях идёт речь, он подчеркнул, что «первый выстрел был сделан по сотрудникам милиции». В марте Москаль утверждал прямо противоположное и даже обнародовал список сотрудников СБУ Украины и «Беркута», которые якобы и убивали мирных манифестантов, а также своих товарищей, и всё это по приказу главы МВД Виталия Захарченко. Теперь же он не исключает, что «любой мог влиться в ряды протестного движения под видом борьбы против действующей власти».

(По информации деловой газеты «Взгляд»)

«Как отмечает «Интерфакс» со ссылкой на сайт ДНР novorossia.su, «реакция киевских властей на ультиматум последовала незамедлительно: войска начали усиливать группировку сил. «На ополченцев уже брошено всё, чем обладает сегодня украинская армия: подразделения десанта, авиация и танки, спецотряды боевиков «Правого сектора», – говорится в сообщении. – Но в штабе донецкой армии не сомневаются, что смогут противостоять этой армаде, тем более, что всё чаще украинские военные от безысходности и незаконных приказов командиров сами переходят на сторону народа».

(Источник: «Вести.Ру»)

«Самопровозглашенная Донецкая народная республика потребовала от воинской части, размещённой между Авдеевкой и Донецком, присягнуть на верность ДНР и сдать оружие.

Об этом сообщает «ОстроВ» со ссылкой на заместителя командира воинской части на правах анонимности.

«Приходил представитель ДНР и предложил нам (военнослужащим, – «ОстроВ») перейти на их сторону, так сказать, присягнуть на верность и сдать оружие. В случае отказа, обещали, что будут блокировать часть», – сказал замкомандира части.

По его словам, представитель ДНР дал на размышление два-три часа. «Мы отказали. Мы будем действовать по своему уставу – охранять и защищать свою территорию», – сказал офицер».

(Из сетевого издания «Украинская правда»)

Наша справка

16 мая сотрудники милиции остановили на въезде в город Энергодар четыре автомобиля с людьми, которые оказались жителями Запорожья. Группа, численностью около 40 вооружённых людей, представилась «Правым сектором» и заявила, что прибыла для того чтобы противостоять возможным атакам пророссийских митингующих на Запорожскую АЭС. Сотрудники МВД открыли уголовное производство по факту попытки проникновения на объект, а также по ч. 1 ст.263 УК (Незаконное обращение с оружием, боевыми припасами или взрывными веществами). Один из членов группы добровольно сдал два автомата Калашникова без магазинов и патронов. Центральный въезд в город перекрыт и усилена охрана всех опасных объектов.

Однако запорожский «Правый сектор» назвал абсурдом ситуацию в Энергодаре и заявил, что изъятое у них оружие было легальным. Там утверждают, что ещё при подъезде к городу группу окружили автоматчики, пулемётчики и снайперы, готовые в любой момент открыть огонь на поражение. Но после долгих переговоров милиция сняла оцепление

и открыла трассу.

(По данным информационного агентства «112.ua»)

Логотип versia.ru
Опубликовано:
Отредактировано: 22.05.2014 22:24
Копировать текст статьи
Комментарии 0
Еще на сайте
Наша версия на Неве - региональное приложение общероссийской газеты независимых журналистских расследований «Наша версия»
Газета «Наша версия на Неве» - региональное приложение основанной Артёмом Боровиком в 1998 году общероссийской газеты независимых журналистских расследований «Наша версия». «Наша версия на Неве» публикует материалы штатных и внештатных журналистов газеты и пристально следит за событиями, происходящими в Санкт-Петербурге и Ленинградской области.
Наверх